Россия: Здравствуй, оружие ("The Financial Times", Великобритания)

В предстоящие 10 лет Москва потратит 755 миллиардов долларов на укрепление своей военной мощи

Проводимая ежегодно в уральском городе Нижний Тагил российская выставка вооружений напоминает Марди Гра для оружейников: множество ярких костюмов, шум и толпы туристов.


На фоне постоянно стреляющих по мишеням демонстрационных танков сурового вида военные атташе смешиваются в толпе с папашами в камуфляже, тянущими за руку своих чад. Все они пришли сюда для того, чтобы посмотреть на новинки военной техники. Российские продавцы с далеких провинциальных оборонных заводов демонстрируют в павильонах свои новейшие системы наведения и кумулятивные боеприпасы, вытягиваясь в струнку перед нарядными делегациями из арабских стран Персидского залива в надежде заинтересовать их своим товаром.


На этом ежегодном оружейном базаре явно присутствует ближневосточная тематика. Представленная во вторник новая боевая машина БМПТ-72 «Терминатор» выкрашена в цвета пустыни, а на графическом дисплее на заднем плане видно, как эта машина плавно передвигается по полю боя, окаймленному пальмами и песчаными дюнами. Премьер-министр Дмитрий Медведев, посетивший выставку, спросил командира экипажа демонстрационной модели: «Куда направляетесь, в Кувейт?»


Российские оружейники настолько зациклились на покупателях с Ближнего Востока, что даже свою новейшую крылатую ракету назвали «Искандер». Это Александр, но по-арабски.


Однако сейчас российские продавцы боевой техники первостепенное внимание уделяют другому покупателю: российскому государству. В прошлом году военные расходы в России выросли на 25%, а в нынешнем Москва по оборонным затратам наверняка обгонит Британию и Японию, о чем свидетельствуют данные анализа компании IHS. Таким образом, Россия займет третье место в мире по закупкам вооружений, потратив в 2013 году 68,8 миллиарда долларов, и отстав по этим показателям лишь от Китая (131,7 миллиарда долларов) и США, которые тратят на оборону больше, чем 10 следующих за ними стран, вместе взятых (637,8 миллиарда долларов).


Демонстрируя свою решимость восстановить статус России как реальной и убедительной дипломатической и военной силы, президент Владимир Путин провозгласил в прошлом году десятилетнюю программу закупки вооружений, которая обойдется стране в 755 миллиардов долларов.


Пока западные державы уделяют основное внимание российским поставкам оружия в Сирию, Москва осуществляет наращивание своей военной мощи, вызывая обеспокоенность относительно того, как она намеревается использовать ее в качестве рычага давления.


Планы увеличения расходов на оборону имеют целью не только возродить российские вооруженные силы, но и спасти престиж страны после двух потерянных десятилетий, когда ее армия испытывала одно унижение за другим. В 1996 году она проиграла первую чеченскую войну разношерстному сброду боевиков, а в 2000 году затонула российская подводная лодка «Курск». Поскольку денег в армии не было, с военнослужащими порой расплачивались маринованными огурцами. Перевооружение, осуществляемое после 20 лет стагнации военного бюджета, является частью нового плана по переводу армии на профессиональную основу — как в Америке и в Британии. Таким образом, налицо отход от призыва как основы комплектования вооруженных сил, который был предназначен для ведения массовых сражений с Наполеоном и Гитлером.


В отличие от предназначенного на экспорт «Терминатора», показанный в прошлый четверг в Нижнем Тагиле новый основной боевой танк «Армата» предназначен исключительно для России. Машину окружили такой плотной завесой секретности, что увидеть ее смог только Медведев.


«Армата» принадлежит к новому поколению российской боевой техники, которая предназначена не только для экспортных поставок, но и для поддержания международной репутации Москвы. Другими представителями этого нового поколения являются истребитель Су-35 компании «Сухой» и его более поздняя версия — самолет Т-50. По мнению некоторых специалистов, зенитно-ракетный комплекс С-350 превосходит по своим характеристикам американский «Пэтриот». А ударный вертолет Ми-28 призван составить конкуренцию американской машине Apache.


Консерваторы утверждают, что вложение средств в российскую оружейную промышленность имеет экономический смысл. «Военно-промышленный комплекс был локомотивом нашего технического прогресса», — говорит Владимир Якунин, возглавляющий российскую государственную железнодорожную компанию и являющийся консерватором из путинского окружения.


В стремлении к модернизации Россия будет менять буквально все. В июле было объявлено о том, что в армейских казармах должны появиться отдельные душевые кабинки, а в частях будут столовые со шведским столом (и даже с салатным баром), который придет на смену стандартной солдатской диете: перловка, овсянка и сало. В августе министр обороны Сергей Шойгу даже объявил, что национальный гимн в исполнении духового оркестра надо заменить поп-версией, и проигрывать ее в казармах для «создания патриотического настроения».


Традиционалисты пришли в ужас от еще одной реформы: солдатам начали выдавать носки вместо портянок, которые российская армия носила с сапогами примерно с XVI века.


Осуществление таких реформ обойдется дешевле, чем запланированное перевооружение, говорят должностные лица из правительства. По их словам, хотя вторжение в Грузию в 2008 году и закончилось победой, оно показало, насколько опасно полагаться на устаревшую боевую технику.


«Это выплата долгов армии и флоту, потому что на протяжении 20 лет никто ничего не финансировал, — говорит заместитель премьер-министра по оборонно-промышленному комплексу Дмитрий Рогозин. — Война на Южном Кавказе выявила все наши слабые места».


Однако наплыв государственных денег в оборонный сектор промышленности показал, что эта отрасль плохо подготовлена и оснащена. Заказ на 37 машин Су-35 уже отложен на два года из-за задержек с проектированием.


2 июля прямо на стартовой площадке произошел мощный взрыв ракеты «Протон», который уничтожил три спутника ГЛОНАСС, созданных военными для глобальной системы навигации и определения местоположения. В связи с этим вновь появились сомнения в способности России повторить внушительные достижения инженеров советской эпохи.


Рогозин заявил в июле в радиоинтервью, что многие неудачи не носят критический характер. «Мы можем сморкаться в платок и говорить, что мы - лузеры, неспособные ничего сделать, что поколение наших отцов было великим, а мы - никто. Но это неправильная позиция. Нельзя просто заворачиваться в саван и отправляться на кладбище».


Реформировать армию — значит решить, что делать с засекреченным российским военно-промышленным комплексом, в состав которого входят государственные предприятия по производству вооружений. Этот комплекс на протяжении десятилетий при Советском Союзе и даже после его распада фактически являлся государством в государстве. Работая на секретных и высокотехнологичных предприятиях, ведущие компании оборонной отрасли давно уже кажутся удельными княжествами, привыкшими диктовать свои условия правительству.


Кремль очень хочет реформировать этот сектор, прежде чем открывать шлюзы государственного финансирования и давать деньги производителям вооружений, которые два десятка лет существуют в основном за счет экспорта.


Рост числа заказов вполне предсказуемо вызвал перепалку между военными и российскими оборонными предприятиями. В 2011 году нижнетагильский производитель танков «Уралвагонзавод» попытался поднять с 70 до 118 миллионов рублей цену на свой танк Т-90, являющийся рабочей лошадкой российской армии. Командующий сухопутными войсками генерал Александр Постников совершил беспрецедентный поступок, публично раскритиковав Т-90 и назвав его «семнадцатой модификацией советского Т-72», производство которого началось в 1973 году. Он добавил, что за 118 миллионов рублей «лучше купить три немецких „Леопарда“».


В 2011 году Министерство обороны пробило первый крупный заказ боевой техники за рубежом, заключив, среди прочего, контракт на закупку во Франции за 1,7 миллиарда долларов двух десантных кораблей класса «Мистраль». Эту сделку всячески продвигал бывший министр обороны Анатолий Сердюков, чтобы наказать российскую промышленность и сделать ее более конкурентоспособной.


Но в конечном итоге в ценовой войне победу одержала оборонная промышленность. Сердюкова в 2012 году отправили в отставку в связи с коррупционным скандалом. Ветеран боевых действий в Приднестровье, Абхазии и Чечне генерал Вячеслав Халитов сейчас работает заместителем генерального директора «Уралвагонзавода» и отвечает за производство танков. Он признает, что пока оборонщики одерживают верх.


«Сейчас все успокоились, — говорит он. — Министерство обороны теперь больше говорит о технической стороне, а не о ценах. Их больше волнует то, чтобы были выполнены требования технических заданий».


Но с окончанием ценовой войны Кремль не отказался от своей программы реформ. Разобраться с оборонной промышленностью по-прежнему очень трудно. 1350 предприятий ВПК представляют единственный в России современный и высокотехнологичный сектор производства. Это главный функциональный элемент той экономики, необходимость развития которой сегодня признает Кремль. Правда, некоторые обозреватели считают, что до четверти этих предприятий являются сегодня банкротами с технической точки зрения.


Прежние попытки осуществления реформ ни к чему не привели. В 2007 году была проведена реформа оборонной промышленности, в рамках которой ее предприятия были переданы государственным холдинговым компаниям, таким, как «Российские технологии». Но и там они еле-еле держались на плаву. Некоторые заводы были частично приватизированы.


«Каждая их этих холдинговых компаний является пародией на советскую оборонную промышленность со всей их неэффективностью, бюрократией и коррупцией, — говорит военный эксперт и заместитель главного редактора онлайнового издания „Ежедневный журнал“ Александр Гольц. — Они отнимают деньги у тех, кто более или менее продуктивен, и перераспределяют их среди тех, кто обанкротился».


Похоже, что сейчас все больше предприятий двигаются в направлении приватизации. На прошлой неделе государство продало 49% акций концерна «Калашников», который производит одноименный автомат. Но хотя приватизация дает инвестиции, частными акционерами командовать сложнее, нежели государственными ведомствами. Это стало понятно в январе, когда акционеры частной компании «Кордиант», единственной, производящей в России авиационные шины, решили остановить неприбыльное производство.


«Так что же, нам все наши самолеты на лыжи ставить?» — пошутил Рогозин, сообщивший, что специальная комиссия военного ведомства «заново договорилась» с акционерами «Кордианта», после чего его предприятия немедленно возобновили работу. «Сейчас все хорошо», — сказал он в интервью радиостанции «Эхо Москвы».


Для некоторых актуальнее вопрос не о том, как перевооружить Россию, а о том, зачем это нужно. Путин в своих публичных выступлениях с критикой в адрес Запада часто ссылается на непонятные внешние угрозы и призывает Россию защищать свой суверенитет. Но как говорит Гольц, «Советский Союз очень серьезно относился к идее американского военного нападения, однако сегодня в Кремле уже никто в это не верит». После очередной, напоминающей параноидальный бред речи Путина от 20 сентября в Twitter появилось шутливое замечание: «У шизофреников есть воображаемые друзья. Но только у России есть воображаемые враги».


Многие полагают, что армия уровня сверхдержавы России не по карману, особенно в условиях, когда не выявлено никаких серьезных угроз ее безопасности. В процентном отношении к ВВП оборонные расходы России должны вырасти с 3,2% в 2013 году до 3,8% в 2016-м. Это гораздо больше, чем у других стран с формирующимся рынком, таких как Индия (2,6%), Турция (2,3%) и Китай (1,9%). Об этом свидетельствуют данные исследований московского инвестиционного банка «Ренессанс Капитал». Оппоненты из правительства и других сфер отмечают, что предлагаемое увеличение расходов на оборону, о котором в прошлом году во время своей предвыборной кампании говорил Путин, будет слишком дорогостоящим, и что для его осуществления придется забрать средства из других областей, где они крайне необходимы. Например, это инфраструктура и образование. По данным «Ренессанс Капитала», доля расходов на здравоохранение должна снизиться с почти 4% в 2013 году до 2,2% в 2016-м. Точно так же сократятся ассигнования на образование — с 5,1% в 2013-м до 3,9% в 2016 году.


Бывший министр финансов России Алексей Кудрин, ушедший в 2011 году в отставку из-за конфликта по поводу военных расходов, говорит: «В то время как все страны начинают сокращать военные расходы, Россия делает все наоборот. Однако у нас нет ни возможностей, ни средств для такого увеличения».


Директор московского Центра анализа стратегий и технологий Руслан Пухов отвечает на это так: «Главный враг армии — это Министерство финансов».


Кремль: Путин разыгрывает карту паранойи


Перед тем как стать президентом в третий раз, Владимир Путин в своих публичных выступлениях часто отличался фантастичными и нелепыми высказываниями. Он обвинял своих политических оппонентов в предательстве, совершаемом за иностранные деньги, и утверждал, что американский Госдепартамент, и в частности бывший госсекретарь Хиллари Клинтон, подают «сигналы» протестующим против власти Кремля. Он часто намекал на таинственные заморские силы, стремящиеся к развалу России.


Если послушать Путина, то возникает впечатление, что вокруг него - одни враги. И вот ему на помощь приходит стратегия перевооружения. Здесь нет никакой паранойи, если враги действительно хотят тебя уничтожить, и 23 триллиона рублей — это вполне приемлемая цена, если она обеспечит России безопасность.


Противники компромиссов из правительства вторят параноидальным заявлениям Путина. Заместитель премьер-министра по оборонным отраслям Дмитрий Рогозин на конференции 27 июня выступил с потрясающим утверждением о том, что «Соединенные Штаты за несколько часов могут уничтожить до 90 процентов нашего ядерного потенциала». Далее он заявил, что российские силы ядерного сдерживания могут быть разбиты в первые шесть часов конфликта.


Однако Рогозин не уточнил, зачем США это нужно.


Руслан Пухов из Центра анализа стратегий и технологий говорит: «Когда мы занимаемся этим наращиванием военной мощи, важно не путать реального противника с врагом, который сидит у нас в головах со времен холодной войны». Один военный аналитик отметил: «Путин и его подчиненные радостно тараторят об угрозе стремительного глобального удара и о способности американцев уничтожить российские ядерные цели. Но на самом деле, всерьез они в это не верят».


Похоже, что это просто попытка нагнетания страха, не более. Как говорят западные дипломаты, российские официальные лица в частном порядке заверяют их в том, что такая паранойя — это лишь политический постановочный трюк, к которому нельзя относиться серьезно.


Путину надо было победить на выборах в 2012 году, и поэтому он разыграл карту «России как осажденной крепости», заявил социолог Лев Гудков, возглавляющий Левада-Центр.


Но проблема в том, что после выборов прошло уже полтора года, а Путин все еще разыгрывает эту карту.

Права на данный материал принадлежат ИноСМИ
Материал был размещен правообладателем в открытом доступе.
2006-2018, nationalsafety.ru
при перепечатке материалов сайта ссылка на nationalsafety.ru обязательна