Тбилиси переходит к круговой обороне

Новые реалии в военной политике постсаакашвилиевской Грузии

Ожидаемое решение о продаже старой военной техники, в основном боевых танков советского образца Т-55 и Т-72 (хотя модернизированных по западным меркам) и вертолетов Ми-2 и Ми-8, которое должны принять в Министерстве обороны Грузии, вызвало интересную дискуссию не только внутри страны, но и за ее пределами. В грузинском военном ведомстве говорят, что теперь, когда эпоха Саакашвили завершена, за рубежом будет легче обсуждать проблемы, связанные с необходимыми военными закупками. В этом вопросе самым интересным является тот факт, что грузинская сторона пытается вынести на обсуждение вариант реализации оставшейся у нее советской и российской техники – той, что еще на ходу – в третьи страны, конкретно – в африканские развивающиеся страны.


Данное решение будет принято в ближайшие дни, но об этом грузинская общественность скорее всего узнает постфактум, так как Министерство обороны, к сожалению, продолжает традиции предыдущего руководства быть максимально нетранспарентным. Связано это не только с чисто техническими соображениями (трудность в эксплуатации, большие расходы на содержание боевой техники, проблемы с запчастями и комплектующими деталями), но в том числе и политическими. Среди политических и, возможно, геополитических обоснований и аргументов можно выделить следующие факторы.


Отказ от силового варианта


Грузия переходит на новый принцип военной доктрины – так называемой круговой обороны – и оставляет за собой право вести только оборонительные войны на региональном уровне. Как раз смещение акцентов в сфере перевооружения вооруженных сил страны указывает на такое развитие оборонной политики нынешних властей Грузии на доктринальном уровне;


На данном этапе, в отличие от авторитарного режима Михаила Саакашвили, который выбрал только военный путь в вопросе реинтеграции в состав Грузии Абхазии и Южной Осетии (сохранены авторские определения – «НВО»), этим жестом нынешнее руководство Грузии во главе с премьер-министром Ираклием Гарибашвили фактически отказалось от насильственного возвращения сепаратистских регионов Грузии и выдвинуло более гибкий подход в урегулировании конфликтов на примере Абхазии и Цхинвальского региона. Переход от наступательных видов вооружений на оборонительные является неким индикатором осуществления такой «миротворческой стратегии».


Усиление военного приготовления на Южном Кавказе и модернизация боевых соединений в рамках оперативно-стратегического командования «Юг», особенно на фоне так называемой ползучей оккупации в прибрежных зонах региона Шида-Картли с административной границей Южной Осетии (имеется в виду установление заграждений или колючей проволоки), вызывают серьезную озабоченность со стороны новых властей Грузии и заставляют принимать адекватные меры для обеспечения военной безопасности страны. Тем более учитывая тот факт, что Грузия и Российская Федерация де-факто являются воюющими сторонами и между ними действует временное перемирие в рамках трехстороннего соглашения «Саакашвили–Саркози–Медведев» от 12 августа 2008 года.


Это касается и усиления военных приготовлений на Кавказе со стороны России. Имеются в виду перевооружение и модернизация 102-й российской военной базы в Гюмри (Армения) и создание на территории Краснодарского и Ставропольского краев, Ростовской и Волгоградской областей шести авиационных полков, часть которых организационно вошла в структуру 1-й гвардейской смешанной авиационной дивизии.


Грузия уже качественно перешла на строительство иной модели вооруженных сил, которые более подготовлены к тому, чтобы участвовать в миротворческих операциях за рубежом в составе коалиционных сил, которые будут вовлечены в реагирование на кризисные ситуации в мире. Например, применение вооруженных сил под эгидой ЕС в Мали. Кстати, 28 ноября 2013 года в Вильнюсе на саммите ЕС наравне с парафированием договора об ассоциативном членстве в ЕС Грузия подписала и другой рамочный договор – об участии в рамках ЕС в операциях по урегулированию кризисных ситуаций на международном уровне. Это означает, что Грузия отныне будет участвовать в миротворческих операциях и операциях по поддержанию мира не только в рамках НАТО (на примере Международных сил содействия безопасности в Афганистане, где Грузия представлена контингентом военнослужащих численностью 1700 человек), но и в рамках ЕС. Поэтому иметь тяжелые виды вооружений уже является обузой для ВС Грузии.


Средства на оборонные нужды будут выделены в рамках государственного бюджета в 2014 году – примерно 700 млн лари (около 400 млн долл.). Эта сумма не отличается от той, что была выделена в 2013 году. Она не дает возможности для эксплуатации в нормальных условьях ударных наступательных вооружений. Если сравнить расходы на оборону, которые были выделены в 2007 году (около 1 млрд 300 млн долл.) с выделенными средствами в 2013-м и 2014 годах, то разница между этими цифрами уже очевидна. «Оборона малыми средствами» – вот принцип новой военной политики Грузии на данном этапе.


Торговля с препятствиями


Все это показывает прагматичный подход нового руководства страны к решению данной проблемы с учетом реалии международных и региональных процессов. Однако осуществление такой стратегии будет очень трудным и сложным для руководства военного ведомства Грузии. Здесь надо учитывать следующие конкретные факторы, которые могут возникнуть во время реализации данного проекта.


Во-первых, выйти на давно освоенный крупными производителями рынок третьих стран с предложением продажи старой военной техники Грузии будет крайне сложно. Причиной этому послужила самая низкая средняя цена на мировом рынке вооружений. Среди современных боевых танков со средней стоимостью в 4,5 млн долл. США, стоимость одного Т-90 может варьироваться от 2,5 до 3 млн долл. Даже «родственные» танки, имеющие общие узлы или компоновку или созданные на аналогичной базе, имеют более высокую стоимость при значительно худших тактико-технических характеристиках. А уже морально и физически устаревшие советские танки, которые сегодня состоят на вооружении ВС Грузии, и вовсе будут имеет очень низкую цену, и вряд ли будет возможным приобрести на такие деньги в равноправном контексте соответствующие типы оружия оборонного значения, например зенитные установки и противотанковые ракетные комплексы.


Во-вторых, все рынки и сегменты для продажи вооружения уже давным-давно перераспределены между большими «игроками» на этом рынке ( имеются в виду страны – экспортеры оружия: США, Великобритания, Россия, Китай, Украина и другие). Конкурировать с ними крайне сложно. Так что для успешной реализации грузинской устаревшей техники потребуется неординарный маркетинговый подход и глубокий анализ рынка.


Исходя из этого, более рационально полагать, что нужно, внимательно все подсчитав, произвести утилизацию на месте или же ремонтировать эту технику, используя грузинские производственные мощности.



Вахтанг Майсая

Права на данный материал принадлежат Независимое военное обозрение
Материал был размещен правообладателем в открытом доступе.
2006-2018, nationalsafety.ru
при перепечатке материалов сайта ссылка на nationalsafety.ru обязательна